— Мужчина, сидевший рядом со мной в самолете, порекомендовал мне пообедать там.

— Вы не запомнили его фамилии?

— Он не назвался. Мы практически не разговаривали. Только за ленчем. Кажется, он инженер. А живет на Уэсли-Хиллз.

— Уэллесли-Хиллз, — поправил его Флинн. — Вы заказывали вишневый суп?

— В «Будапеште»? Да.

— Я слышал, это объеденье, для тех, кто может себе позволить столь дорогое блюдо.

— Домой я решил пойти пешком. На такси я добрался до ресторана очень быстро. Из ресторана я вышел в самом начале девятого, а домой попал практически в половине десятого. Потому что заблудился.

— Где? Где вы заблудились?

Флетч оглядел кабинет, прежде чем ответить.

— Если б я знал, наверное, этого бы не случилось.

— Отвечайте, пожалуйста, на вопрос. Расскажите, куда вы пошли.

— О Господи. Ну хорошо. Рекламный щит «Ситко». Огромный, великолепный рекламный щит. Выдающееся произведение искусства.

— Далее все понятно. Вы повернули налево, а не направо. И пошли на запад вместо востока. Попали на Кенмор-сквэа. Что потом?

— Я спросил девушку, где Бикон-стрит, и оказалось, что она совсем рядом. По ней я и дошел до дома № 152. Шагал я довольно долго.

— Да. Прогулка неблизкая. Особенно после венгерского обеда. Итак, вы вошли в квартиру, заглянули в гостиную. С чего вас потянуло в гостиную?

— Чтобы потушить свет.

— Значит, впервые оказавшись в квартире, вы заглянули в гостиную и зажгли свет?

— Конечно. Я обошел всю квартиру. Только не помню, зажигал я в гостиной свет или нет.

— Скорее всего, зажигали. Щелкнуть выключателем — что может быть естественней. А как вы оказались в Риме?

— Я там живу. Вернее, у меня вилла в Канья, на итальянской Ривьере.

— Так почему вы не улетели из Генуи или Кана?